Goto Top

Данные социологов не позволяют говорить о безусловном принятии российским средним классом открытой рыночной экономики

Данные социологов не позволяют говорить о безусловном принятии российским средним классом открытой рыночной экономики
Светлана Мареева
22 июня 2015

 

Центр изучения кризисного общества продолжает  проект «СОЦИС: постсоветская Россия в зеркале социологии», цель которого — собрать из множества кусочков по возможности целостную картину российского общества, увиденного глазами социологов. Такими ценными кусочками стали для нас статьи за 25 лет из главного журнала российской социологии — СОЦИСа. Мы делаем выжимки из этих статей с основными выводами социологов. Надеемся, эта серия публикаций поможет каждому из нас отбросить эмоции и трезво взглянуть на общество, в котором все мы живем, узнать его, оценить произошедшие с нами перемены — и только после этого делать выводы и искать выходы. Мы начинаем с социологических материалов последних лет, а затем будем постепенно уходить вглубь.

 

С.В. Мареева. Ценностные ориентации и представления среднего класса о желаемом векторе развития страны // СОЦИС, 2015, №1. (Фрагменты) 

Светлана Владимировна МАРЕЕВА — кандидат социологических наук, старший научный сотрудник Института социологии РАН, доцент НИУ ВШЭ.

 

Динамика свидетельствует о снижении ценностной гетерогенности в обществе и сближении СК [среднего класса] с остальными россиянами. Но одновременно это означает разочарование части ядра СК в ценностях общества модерна, которые не работают в российских институциональных условиях.

По отношению к нормам и ценностям обществ модерна СК неоднороден не только с точки зрения его деления на ядро и периферию, но и по отношению к этим ценностям разных возрастных групп. В этом смысле СК не отличается от остальных россиян, среди которых молодежь также демонстрирует более высокую степень модернизированности сознания. Однако даже при рассмотрении только молодежи до 30 лет большую приверженность ценностям модерна демонстрируют именно представители СК. Возраст является дифференцирующим в выборе россиян между модернистскими и традиционалистскими ценностями.

Отметим, что для СК возрастные различия проявляются практически по всем рассмотренным аспектам, кроме выбора между обществом равных возможностей и обществом равных доходов. По этому параметру СК делится на две неравные группы — три четверти поддерживают общество равных возможностей и четверть поддерживает общество равных доходов независимо от возраста.

Среди норм, ценностей и установок, которыми россияне из СК руководствуются в повседневной жизни, преобладают ориентации, свойственные обществам модерна: самостоятельность, нонконформизм, инициативность, рациональное планирование своей жизни. Казалось бы, такие ценностные ориентации должны способствовать более высокой поддержке российским СК западного вектора развития России и характерных для него институтов. Однако эмпирическая проверка этого не подтверждает. СК, как и россияне в целом, скорее согласны с тем, что копирование западной модели развития не подходит для России, и предъявляют запрос на «особый путь» для страны (с этим согласны более чем две трети СК и три четверти россиян из других социальных групп). Сравнение с данными 2003 г. показывает, что мнение населения на этот счет в различных социальных группах практически не изменилось — за исключением ситуации в ядре СК, в котором поддержка западного пути для России за прошедшее десятилетие заметно упала — с 43% до 33%.

То есть даже в самой «прозападно»‑ориентированной части СК идет процесс постепенного отказа от поддержки этого вектора развития. Видимо, наблюдая, как происходило развитие страны в последние годы и к чему привели попытки реализации западной модели развития за последние 20 лет,

 

входящие в состав ядра среднего класса россияне делают вывод, что нормы и институты, которые эффективно работают в развитых западных странах, дают совсем иной результат в России.

 

СК дифференцирован по уровню поддержки пути страны в зависимости от возраста: молодежь СК больше склонна к западному пути развития России. Так, среди россиян из СК моложе 30 лет 42% считают, что Россия должна жить по правилам современных западных стран. Но с возрастом эта доля снижается до чуть более трети среди тех, кому от 31 до 40 лет, и до четверти среди старших возрастных когорт.

 

Однако в каждой возрастной когорте именно представители СК в большей степени поддерживают западный путь развития:

 

даже среди россиян старше 50 лет эти доли составляют 21% среди СК и 17% среди не попавших в него. Но в целом, несмотря на большую распространенность поддержки западного пути для России в СК, эта точка зрения не преобладает даже у молодежи из СК — почти для 60% из них характерно видение иного, особого пути страны.

Представления о желаемом будущем России, свойственные СК, отражают характерный для всего населения запрос на социально-ориентированный мягкий консерватизм: приоритетны справедливость, равные права и сильное государство. По мнению СК, модель развития России должна обеспечивать социальную справедливость, равные права для всех, возможность самовыражения для каждого и активную роль государства в социальной и экономической сфере.

Начнем с норм и ценностей, отражающих отношение СК к ключевому неполитическому институту — институту частной собственности. К существованию частной собственности в России СК относится положительно: причем поддержка частной собственности в нем выше, чем в других группах населения, а различия между его подгруппами незначительны. И в ядре СК, и в его периферии 70% относятся к факту существования в стране частной собственности положительно, воспринимая ее как необходимый и востребованный институт, а еще четверть — нейтрально (принимают ее как данность). В потенциальном СК доля положительно относящихся к частной собственности снижается до 56%, а среди остального населения — практически до половины (52%). При этом негативное отношение к частной собственности выражают 2% ядра СК, 6% периферии этого ядра и 12% среди остальных россиян. Таким образом, принятие частной собственности не просто как данности, но как эффективного и необходимого общественного института, свойственно СК несколько больше, чем остальным россиянам.

 

Данные показывают, что концепция частной собственности в представлениях СК сильно отличается от классического представления о ней в экономической науке.

 

Она распространяется в понимании его представителей, прежде всего, на такие объекты личного пользования и недвижимости, как квартиры (85%), дачи и загородные дома (81%), земельные участки, используемые для собственных нужд (78%) или для производства сельхозпродукции на продажу (66%), автомобили (71%). В меньшей степени СК готов согласиться с тем, что объектами частной собственности могут быть заводы, фабрики, магазины (63%), акции предприятий (52%), крупные суммы денег (47%), товары длительного пользования (45%). Наконец, термин «частная собственность» практически неприменим в представлениях СК к природным богатствам (13%), отражая в глазах его нелегитимность представителей частной собственности на природные комплексы и ресурсы. Как видим, россияне, в том числе и СК, говоря о частной собственности, ориентируются прежде всего на материальные объекты недвижимости. При этом менее осязаемые объекты — деньги, акции и тому подобное — в меньшей степени ассоциируются с этим понятием.

Существующие в стране предприятия, принадлежащие иностранным фирмам, оцениваются СК более толерантно по сравнению с другими социальными слоями, при этом и ядро, и его периферия заметно отличаются от групп, не попавших в состав СК. Даже в нем существует хотя и меньшая, но значительная доля отрицательно относящихся к существованию в России предприятий в собственности иностранных фирм, а в периферии СК эта доля возрастает до трети. Все это не позволяет говорить о безусловном принятии открытой рыночной экономики не только россиянами в целом, но даже СК.

 

JoomShaper