Goto Top


Обществознание, урок 6-й: мораль, патриотизм, образование

Центр изучения кризисного общества, Сергей Кара-Мурза
28 марта 2014

 

Продолжаем вместе с Сергеем Кара-Мурзой читать школьный учебник по обществознанию. Напомним, во время одного из семинаров Центра, посвященного кризису обществоведения в постсоветской России, кто-то заметил, что стоило бы подвергнуть критическому анализу школьные учебники обществознания: они пишутся более понятно и просто, чем труды академиков, их читает множество учителей и учеников, возникает, пусть неявно, какая-то дискуссия. Для начала это — хороший учебный материал.

«Я по семейным обстоятельствам внимательно изучил один учебник, и, кажется, могу начать этот экспериментальный проект. Очень не хочу обидеть авторов учебника — критиковать несравненно легче, чем самому писать такую книгу. Постараюсь выразиться ясно — и не сорваться в болото занудливых придирок.

В общем, сформулирую замечания к учебнику «Обществознание» (8-й класс общеобразовательных учреждений). Выпущен издательством «Просвещение» в 2012 году (3-е издание) под грифом Российской академии наук и Российской академии образования в серии «Академический школьный учебник». Рекомендован Министерством образования и науки Российской Федерации. Руководитель авторского коллектива Л. Н. Боголюбов, академик РАО».

                                                                                                                                                        Сергей Кара-Мурза



11. После «духовной жизни» следует параграф о морали

Сразу ошарашивает такая вставка:

«Факты. За тринадцать веков до новой эры великий  библейский  моралист Моисей провозгласил бессмертныеДесять Заповедей. И сегодня, спустя три с лишним тысячи лет, люди узнают о них, открыв Библию (священную книгу христиан) или Тору (священную книгу иудеев)».

Тут в каждой фразе подозреваешь издевательство. Называть фактом эпизод из «священной книги иудеев», повествующий о том, как тридцать три века тому назад Моисей встречался с Богом и получил от него заповеди, — это профанация религии. Еще бы документальную фотографию этого события в учебник вклеили!



И почему Моисей назван в этом учебнике «великим моралистом»? Это уж точно издевательство. Читали ли авторы первоисточник? Кстати, у нас в России был великий и признанный моралист — Лев Толстой. Его отлучили от церкви, предали анафеме. Как можно обходить этот действительно факт — ведь он многое сказал бы ученикам, насколько сложны отношения между моралью, религией и церковью.

Наконец, что за фантазия — «спустя три с лишним тысячи лет люди узнают о них [“бессмертных заповедях”], открыв Библию или Тору”. За три тысячи лет эти заповеди были опубликованы в миллиардах экземпляров в книгах, учебниках, трактатах. Библия и Тора — не единственные источники.

Что это все-таки за учебник — государственной российской средней школы или воскресной церковно-приходской?

Дальше мозги ученикам засоряют казуистикой относительно слов «мораль» и «нравственность». Вместо того чтобы разъяснить их соотношения в русском языке, ученика ставят в позу витязя на распутье: «Многие ученые считают, что различий между этими словами нет, что это слова-синонимы… Некоторые ученые считают, что эти понятия надо уметь различать...»

Кто же прав? Если демократически, то правы «многие ученые», и «некоторые ученые» остаются в оппозиции. Рассуждения авторов учебника на эту тему невразумительны и неубедительны.

Дальше идут сентенции о гуманизме, гражданственности и патриотизме. Качество этих сентенций очень низкое — принижены смыслы и не найдены ясные слова. А главное, авторы даже не попытались объяснить, что все эти категории, чтобы следовать им  в реальности, требуют мужества и разума, поскольку нравственные ценности несоизмеримы и вступают друг с другом в конфликт. Главные проблемы морали и нравственности — именно здесь, а не в том, чтобы наизусть знать заповеди или статьи конституции. Приведенные в качестве «учебных задач» ситуации, на мой взгляд, неадекватны задаче и педагогически некорректны.

Вот первая «ситуация»: «Это произошло давно, в средневековой Испании… С девушкой случилась беда: ее выкрал монах-иезуит, старый подлец и развратник, пожелавший позабавиться с очередной своей жертвой…».

Что это такое, как это могло попасть в учебник! Это ведь не антирелигиозный памфлет. И какое невежество. Автор соображает, что он пишет? Орден иезуитов был учрежден в 1540 г. (идея родилась в 1534-м). Создавали орден молодые офицеры. Какое Средневековье, какой старый подлец монах-иезуит! Не стыдно печатать такую чушь?

Вторая «ситуация» — сюжет из фильма А.Германа, с надрывной идеологической подкладкой. В нем показан конфликт ценностей, который не может быть разрешен рационально. Зачем же его предлагать для разбора ученикам 8-го класса! Это — запретный для учителя прием. Это все равно, что спросить ученика: «Если ты останешься без пищи, станешь ли есть человечину?» Безобразие!

Теперь небольшие замечание по этому разделу. Ученикам сообщаются признаки ответственного гражданина: он «живет интересами России, предан ей, чувствует ее радости и боли».

Но разве в учебнике сказано, что в данный момент Россия расколота по интересам и нравственным ценностям? Нет, не сказано — а ученики-то это знают!

Так интересами какой части России должен жить подросток, как ему определиться? Каким радостям и боли он должен сочувствовать? Учитель не может дать совета, он не должен политизировать учеников — но зачем же их провоцировать! Это неприемлемо в школе, здесь надо объяснить сложность момента и необходимость всем ученикам осваивать знания, наблюдать и думать, чтобы через 3–4 года каждый из них мог по совести и разуму сделать свой выбор.

Очень странное поучение дается юным патриотам: «И не надо много разглагольствовать, а тем более кричать о нем [патриотизме] на каждом повороте, как это делают некоторые кичливые самозванцы. На самом деле патриотизм — это любовь».

Во-первых, кто-кто, а подростки разглагольствуют о патриотизме гораздо меньше политиков, журналистов и учителей. Во-вторых, очень заинтриговало утверждение, что разглагольствуют «некоторые кичливые самозванцы». О ком идет речь? Кто конкретно в России «кичливые самозванцы»? Самозванец — тот, кто завладел властью, приписав себе чужое имя и обманув «народ и бояр». Это нехорошо, тем более быть кичливым. Но, согласитесь, странный пассаж в учебнике.


12. Следующий параграф посвящен образованию

Начинается он таким определением: «Напомним: образование — это процесс приобретения знаний о мире, приобщения к культуре, к ценностям Отечества, мировой цивилизации».

Сразу возникает вопрос: зачем в этом определении игнорируется само слово, обозначающее этот институт? Ведь оно с каким-то смыслом вошло в русский язык. Каково же главное предназначение школы?

Многие считают, что главная задача школы — обучение. Это ошибка. Ведь не говорят же «система народного обучения»! Обучение кройке и шитью — это да. Школа же занята образованием народа. Ее главная задача — не обучение, а создание народа по определенному образу. Школьное образование, как следует из самого смысла этого слова, есть создание из ребенка или подростка частицы народа, причем народа именно данной, вполне конкретной страны — России ХХI века.

В. Гейзенберг писал: «Образование — это то, что остается, когда забыли все, чему учились». В каком смысле, в чем он видел роль классической школы? В том, что она передает отличительную особенность античной мысли — «способность обращать всякую проблему в принципиальную», то есть способность к упорядочению мозаики опыта.

Реформа образования расколола общество и породила незатихающий, хотя и латентный, конфликт. Понятно, что написать этот параграф было трудно. Но уходить от важного общественного процесса, в который вовлечены все ученики и их семьи, невозможно. Однако авторы предпочли его игнорировать.

Они ограничились ничего не значащими словами: «Несколько лет назад приоритетность образования являлась в Российской Федерации декларативной, не находила практической реализации. В первом десятилетии XXI в. приоритетность начала становиться действенной.

Для повышения качества образования, обеспечения единства его содержания на всем российском пространстве установлены государственные стандарты среднего и высшего образования, отражающие новейшие достижения науки. Значительно возросло финансирование учебных заведений, большинство школ имеет компьютерные классы и выход в Интернет, развернуто строительство новых школ, техникумов, вузов».

Сказаны слова, не касающиеся проблемы (да еще и искажающие реальность) — а от такого учебника можно было ждать разумного слова. А ведь дело серьезное.

В трансформации системы с самого начала был принят имитационный проект, ставящий целью скопировать и трансплантировать в России западную модель школьного образования — как в социальном, так и в философско-методологическом плане. Министр образования В.М. Филиппов высказался определенно: «Изменившееся российское общество требует адекватных изменений и от системы образования — нельзя консервировать то, что когда-то было лучшим в мире».

Однако нынешнее российское общество в главных аспектах очень сильно отличается от современного западного общества — как США, так и Западной Европы. Если так, то всю доктрину реформ надо считать утопической — школа подстраивается под общество, которого в России нет.

Реформа образования, как часть всего переустройства советского общества, есть инструмент, подрывающий воспроизводство советского человека в новых поколениях. Ради этого реформаторы пошли на большие социальные издержки, в частности, жертвовали качеством образования. При этом смысл реформы замалчивался.

В «Независимой газете» в январе 2001 г. так писали об аргументации реформаторов школы: «Утверждение, что система российского образования, как и все прочее, оставшееся от советской власти, нуждается в серьезном реформировании, объявляется сегодня аксиомой, а аксиомы, как известно, не доказываются. Вот наши руководители и их советники и не утруждают себя доказательствами. “Вы, конечно, понимаете, что наше среднее и иное образование необходимо реформировать”, — говорят нам. И мы смущенно бормочем: “Да, конечно, понимаем, но...”».

А философ А.А. Зиновьев написал в 1995 г.: «В России больше нет той системы воспитания и образования детей и молодежи, которая еще не так давно считалась лучшей в мире. Вместо нее новые хозяева России создали систему растления новых поколений с раннего детства и во всех их жизненных проявлениях. Те поколения, которые теперь подрастают, уже принадлежат к иному миру, к иной цивилизации, к иной человеческой общности. Они не имеют исторических корней в делах, идеях и системе ценностей своих предшественников. Растет поколение людей, являющееся карикатурной имитацией всего худшего, созданного в странах Запада. Растет поколение плохо образованных, завистливых, жадных до денег и развлечений, морально растленных с детства, лишенных понятия Родины и гражданского долга и т.п. ловкачей, мошенников, деляг, воров, насильников и, вместе с тем, людей с рабской психологией и изначальным комплексом неполноценности. С таким человеческим материалом уже невозможны никакие великие свершения» (Зиновьев А.А. Гибель «империи зла». //СОЦИС, 1995, № 4).

Такой жесткости от учебника «Обществознание» ждать было нельзя, но как-то ориентировать учеников и их семьи было необходимо. Вместо этого обнадеживающий вывод: «Главной движущей силой укрепления конкурентоспособности страны является человек. Уже в основной школе начинается выработка его качеств, отвечающих запросам информационного общества».

Вот и все, что смогло сказать «Обществознание». 

Сергей Кара-Мурза

Продолжение

JoomShaper